Уведи меня прочь, познакомь с одиночеством дней

Там, где мысли, как птицы, гнездятся на мусорных баках.

Сигарета дымится... В руинах лежит Колизей,

Зеленеет вода, издевательства терпит бумага.

Нас история учит, мы помним чужое тепло - 

Волшебство по утрам и балкон в золотой паутине...

Опрометчиво, но: вырви шнур и разбей о стекло

Хрупких косточек горсть безо всякой на это причины. 

Слишком сложная драматургия и краток антракт,

Обстоятельства влажных ладоней почуяли запах.

Убегают мурашки. Глаза жаждут других катаракт.

Солнце дышит напалмом в моих перламутровых лапах. 

Интересы совпали. Наизусть можно выучить мантру: 

"Я люблю тебя, Оооммм" - "И я тоже люблю тебя, Хууммм" -

Горло ждет тошноты. Переплюну французского Сартра, 

Пистолетом большим оживлю повседневности Doom.

Похитители книг казнены в искривленном эфире, 

По прочитанным шрамам скучаю - назад нет пути.

Тупиковые ветви засохли, но стали большими

Грозовые деревья в моей волосатой груди.

Заткни рот, акробат! Сохраняй равновесие молчанья!

Напряжение растет под одеждой как гриб-мухомор.

Умирают мурашки. Глаза требуют переливания. 

И предчувствует употребление спиртовый раствор.

Март

Март, осторожно, еще не растаяли льдинки,

Тебе ясноглазые дети

смешные рисуют картинки,

И люди, как птицы,

твое понимают наречие,

И дали становятся ближе

и смутное - резче.

В вагонах трамвайных

трясется несмелое солнце,

По крышам, как кошка,

весна незаметно крадется,

Случится внезапно -

и ржавые вскрикнут качели,

Забытого детства пугливые,

милые звери.

Как хочется видеть насквозь,

ничего не бояться,

С случайным прохожим судьбою

на миг обменяться,

И быть награжденным

звездой "За особую нежность",

И слыша биение любви,

чувствовать вечность.